Т.М. КОЛЬЦОВА

 

Т.М. Кольцова,
доктор искусствоведения, заведующая отделом древнерусского искусства ГМО "Художественная культура Русского Севера", заслуженный работник культуры РФ

РОСПИСИ «НЕБА» В ХРАМАХ РУССКОГО СЕВЕРА
(фрагменты из книги)

Происхождение и развитие перекрытия «небом»

Конструкция «небом»—облегченный тип потолочных перекрытий, не требующий промежуточных опор даже при больших пролетах деревянных культовых сооружений. Перекрытие удерживается преимущественно на распоре балок каркаса.
Наибольшее число памятников с «небесами» сконцентрировано в Архангельской области — 55. Они находятся в районе Кенозера (здесь и далее курсивом выделены названия, относящиеся к Кенозерью - М.З.) —15, в бассейне реки Онеги и в Каргополье — 32, на Двине — 4, в Поморье — 4. В Карелии их 22, они расположены преимущественно в Заонежье и в Пудожском районе, около Водлозера.
На территории Вологодской области нам известны лишь девять памятников. Они находятся в западных, примыкающих к Обонежью, районах области. И, наконец, только один храм (Успенская церковь 1674 г. в Варзуге), сохранивший перекрытие «небом», имеется на территории Мурманской области, в Поморье.

Памятники с «небесами» ранее XVII века нам неизвестны. Таким образом, если исторически определить время и место происхождения и распространения перекрытия «небом», то это будет территория Новгородской епархии в XVII — первой пол. XVIII вв., а также земли Олонецкой, Вологодской и Холмогорской епархий в XVIII—XIX вв.

К началу XVIII века на Русском Севере сложились все основные группы деревянных культовых сооружений: клетские, шатровые, кубовые, ярусные, многоглавые. Они были впервые определены и систематизированы И. Э. Грабарем. Конструкция «небом» встречается во всех группах северных деревянных храмов.
Можно привести примеры из каждой группы:

Клетские храмы: Георгиевская церковь XVII века д. Порженская, часовня Александра Невского XVIII в. с. Конево, часовня Иоанна Богослова XVIII в. д. Зехнова.
Шатровые храмы: Вознесенская церковь 1654г. д. Пияла на реке Онеге, Успенская церковь 1674 г. с. Варзуга в Поморье, Ильинская церковь 1786 г. д. Вазенцы на реке Онеге.
Кубовые храмы: церковь Рождества Богородицы 1678 г. д. Бережная Дуброва, Владимирская церковь 1757 г. д. Подпорожье, Преображенская церковь 1786 г. с. Турчасово на реке Онеге.
Ярусные храмы: Ильинская церковь 1690— 1696 гг. г. Белозерска. Многоглавые храмы: Покровская церковь 1708 г. с. Анхимово Вологодской области, Преображенская церковь 1714 г. в Кижах.

Количество известных памятников с «небесами» в этих группах распределяется следующим образом: клетские храмы — 27, шатровые — 32, кубовые — 5, ярусные — 3, многоглавые — 6.

Происхождение перекрытия «небом» можно связать с желанием создать подобие каменного купола в интерьере деревянного храма. Не случайно И. Э. Грабарь считал «небо» похожим на сомкнутый свод. «Небо» в деревянном храме перекрывает основное помещение для молящихся, что соответствует расположению купола в каменных церквах.
Вне зависимости от общей высоты сооружения «небеса», как правило, устраивались довольно низко от уровня пола. При этом большая часть церковного объема оставалась неиспользованной. Такая специфика культового строительства на Севере была связана с необходимостью постоянно беречь тепло в храме.
Высота внутреннего помещения (от пола до «неба») церкви Иоанна Златоуста 1665 г. с. Саунино в Каргополье всего лишь 5,7 м при общей высоте сооружения 33,7 м). Общая высота Георгиевской церкви XVII в. д. Порженская в районе Кенозера — 17 м, а высота от пола до «неба» — 3,5 м. В алтаре той же церкви от пола до «неба» всего лишь 2 м. Общая высота Ильинской церкви 1675 г. с. Задняя Дубрава — 22 м, а высота от пола до «неба» — 4,3 м. В церкви Иоанна Златоуста 1665 г. с. Саунино «небо» перекрывает пролет 8 м, в Никольской церкви 1670 г. с. Волосово (Петуховская) в Каргополье —9 м, в церкви Рождества Богородицы 1678 г. с. Бережная Дуброва на Онеге— 10 м, в Преображенской церкви 1714 г. в Кижах— 11,7 м., в Троицкой церкви 1727 г. с. Ненокса в Поморье— 13 м.

«Небеса» устраивались как в больших по размеру церквах, соборах, так и в маленьких часовенках XVII — XIX вв. «Небом» перекрывалось основное помещение деревянного храма, предназначенное для молящихся. Однако известны случаи, когда оно устраивалось дополнительно для перекрытия алтаря и боковых приделов:
в алтарях —Сретенской церкви 1655 г. с. Красная Ляга, Никольской церкви 1670 г. с. Волосово в Каргополье, Успенской церкви 1694 г. с. Нелазское Вологодской области, Георгиевской церкви XVII в. д. Порженская, церкви Происхождения Честных Древ Христовых 1700 г. д. Филипповская;

в боковых приделах —церкви Иоакима и Анны 1726 г. с. Моржегоры на Двине, церкви Иоанна Богослова 1786 г. в Ошевенском.

В каждом названном памятнике находим двое, а иногда и трое «небес». При этом количество граней потолка может быть разным: 8, 12, 14, 15, 16, 24. Каждая грань имеет форму трапеции. Центральное кольцо — круглое, но в редких случаях оно имеет прямоугольную форму: в Успенской церкви 1694 г. с. Нелазское, в алтаре Никольской церкви 1670 г. д. Волосово (Петуховская).
Прослеживается некоторая зависимость количества граней «небес» от размеров перекрываемого ими объема. Чем больше пролет, тем больше число граней на «небе». Часовни, пролеты которых обычно не превышали 3—5 метров, имели минимальное количество граней — 8 или 12, реже—15 или 16. Храмы большого размера чаще всего перекрывались «небесами», состоящими из 12, 15, 16, 20 или 24 граней, хотя встречаются и восьмигранные. 24-гранные «небеса» сохранились только в одном памятнике— в Успенской церкви 1694 г., с. Нелазское Вологодской области.

О роли живописи в художественном решении интерьеров

ХУДОЖЕСТВЕННОЕ решение интерьеров культовых памятников складывалось на основе синтеза искусств: архитектуры, скульптуры, живописи, декоративно-прикладного искусства. Судить о роли живописи в художественном решении северного деревянного храма, ориентируясь на современное состояние памятников, невозможно. Церкви и часовни в подавляющем большинстве пустуют, разорены.

Иконостас и «небо» были доминирующими цветовыми акцентами северного деревянного храма....Помимо иконостаса и «неба» в церквах и часовнях расписывались многие детали внутреннего убранства, а также целые архитектурные конструкции. В этом проявилась большая любовь к народной росписи по дереву, ее глубокие традиции именно на Русском Севере.
В труде В. В. Суслова «Памятники древнерусского искусства» отмечена важная роль живописи в художественном решении интерьера храма. Он имел возможность зафиксировать и проанализировать большое число живописных памятников, которые не дошли до наших дней. В альбоме В.В.Суслова воспроизводится деталь расписного киота из Успенского собора г. Кеми. Расписные киоты были особенно характерны для небольших сельских храмов и часовен.
В собрании Соловецкого музея-заповедника хранятся два маленьких киота XIX в., происходящие из д. Свиное района Кенозера. Они расписаны темперными красками, без грунта. Узор их достаточно примитивен: волнистые линии, в которые вплетены изображения солнца и луны.
...Входные двери маленьких деревенских часовен также оживлялись декоративной росписью. Так, например, в часовне деревни Майлахта на Кенозере на них сохранилось изображение солярного знака, дополненное простыми ромбовидными узорами. Использованы яркие цвета: красный, синий, зеленый. Такие же двери — в Феодоровской часовне дер. Тырнаволок.

И, наконец, обратимся к живописному ядру культового интерьера — к иконостасу. Тябла иконостасов имели самые разнообразные росписи. Наиболее распространены на них ленточные живописные орнаменты, как нельзя лучше вписывавшиеся в композицию тябла. Иногда живопись выполнялась прямо по деревянной основе темперными красками, а чаще — по левкасу. Известные нам тябла имеют очень яркую окраску. Орнамент наносился свободными пастозными кистевыми мазками, что характерно, в основном для масляной живописи или для смешанной техники (темпера, масло). Можно отметить и многоцветные каркасы, на которых разным цветом выделяются несложные резные профили.
Двухъярусный иконостас часовни Св. Афанасия Многомилостивого в д. Тарасове раскрашен в три цвета: зеленый, красный, белый. Двухъярусный иконостас часовни Иоанна Крестителя XIX в. д. Горбачихе также трехцветный, но использованы несколько иные цвета: красный, желтый и синий.

В северных памятниках живопись иногда появлялась даже на фасадах храмов... До наших дней дошли лишь единичные примеры фасадных росписей культовых памятников. Думается, что их было значительно больше.

Стремление к красоте внутреннего убранства храма было сродни стремлению северного крестьянина к красоте собственного дома. Мы знаем, как разнообразно украшались росписью предметы домашнего обихода. Сам дом, его фасады, карнизы, наличники окон часто становились полем деятельности деревенских художников-самородков. Эти росписи не требовали высокого профессионализма исполнения и возникали там, где появлялось желание сделать постройку красочной, нарядной. Этими же народными мастерами по желанию прихожан могли выполняться незамысловатые росписи отдельных элементов культового убранства: лавок, киотов, клиросов. Когда же такие предметы попадали в руки художнику-профессионалу, то он создавал подлинное произведение искусства — на основе сюжетных и орнаментальных композиций. Таким образом, северный деревянный храм был местом творчества как профессиональных, так и народных мастеров живописи. Сюжетные росписи требовали не только знания основ техники живописи, рисунка, умения композиционно мыслить, но и знания иконографии и многих профессиональных навыков. Такими навыками обладали только художники-иконописцы.

Все виды монументальных росписей в северном деревянном храме — на порталах, на стенах, «небесах» — выполнялись иконописцами, которые работали и над созданием иконостасов. Ввиду небольшого объема монументальных живописных работ на Севере не оформилась самостоятельная группа художников-монументалистов. Можно привести конкретные примеры. Массивные деревянные двери на паперти Христорождественского собора г. Каргополя, с изображением фигур двух ангелов, были расписаны, как явствует из авторской подписи, в 1784 г. «иконописцем онегской округи Чекуевской волости» Иваном Ивановым да Иваном Алексеевым Богдановыми-Карбатовскими. К творению этих же иконописцев принадлежит ряд расписных «небес» Каргополья, а также некоторые иконостасные комплексы церквей на реке Онеге. Северные иконописцы были достаточно универсальны: они работали в станковой и монументальной живописи, выполняли росписи орнаментального характера.

Живописи в северном деревянном храме отводилось значительное место, она играла ведущую роль в художественном решении его интерьера. Наиболее насыщенные живописью храмы встречаются там, где к этому располагали условия, местные традиции. Среди всех видов живописного убранства культового интерьера «небо» своей спецификой привлекает особое внимание. Композиционная и иконографическая сложность, необычность расположения живописи ставят создание «неба» в разряд наиболее сложных для исполнения росписей, требующих высокого профессионального мастерства живописца.

Систематизация «небес» по иконографии

В конце XVII —начале XVIII вв. православная церковь на Севере была крайне озабочена активным распространением старообрядчества. Велась постоянная борьба за привлечение верующих в православный храм. Начало и развитие искусства росписи на потолках «небом» совпадает по времени с подъемом монументальной живописи на Севере во второй половине XVII— XIX вв. Неудивительно, что мастера монументальной росписи деревянных храмов многое восприняли от древних традиций стенописей каменных храмов. Конструкции каменных сооружений нашли подражание в деревянной архитектуре. «Небо» было подобием каменного купола как по своим архитектурным формам, так и в системе художественного решения — в системе росписи.

....В понимании средневекового человека с небом связывалось представление о божестве, о местопребывании бога и ангелов. В христианских храмах купол являлся символом неба, поэтому в верхней части здания изображались только те сцены, которые происходят, согласно христианским догмам, на небе или связаны с ним. Здесь же изображались персонажи, находящиеся на высшей ступени духовной иерархии (Христос, Богоматерь, ангелы). Византийская программа росписи куполов была воспринята русским искусством и получила на Руси дальнейшее развитие. Северным провинциальным искусством монументальной росписи эта программа была не только воспринята, но и переработана применительно к деревянным храмам. Термин «небо» приобрел здесь буквальный смысл и понимание.

Впервые термин «небо» встречается в письменных источниках в 1759 г. Это текст на балке западной стены Преображенского собора в Кижах, сообщающий о «возобновлении сиих «небес». При описании «небес» в письменных источниках XVIII—XIX вв. используются различные термины: «небо», подволока, потолок, кумпол. Живопись нарушает привычное восприятие плоскости потолка, она создает иллюзию большого пространства, объема. Фигуры святых даются на фоне небесной стихии с облаками, звездами, что обусловлено желанием воссоздать картину подлинного неба на потолках деревянных храмов. Голубое пространство неба активно участвует в образно-эмоциональном строе всей композиции.

Можно выделить три группы «небес» по характеру живописного оформления.
Во-первых, известна группа потолков «небом» без росписей на гранях. В таких потолках допустима декоративная роспись растительного характера на каркасе. Не исключено также изображение в центральном медальоне Спаса и Саваофа. К этой группе относятся более ранние памятники с «небесами» XVII — первой половины XVIII вв. с тесовым заполнением граней. В нескольких часовнях XVIII—XIX вв. потолки «небом» также по каким-то причинам остались нерасписанными, но покрашены однотонной масляной краской: часовня нач. XX в. с. Верхняя Мудьюга на р. Онеге, часовня XIX в. д. Майлахта на Кенозере.
Ко второй группе относятся «небеса» с росписями орнаментального характера, например, живописный комплекс в церкви Иоакима и Анны 1726 г. д. Моржегоры на Двине. «Небо» центрального помещения состояло из 16 сегментов, покрытых растительным орнаментом по белому фону. ... И хотя вторую группу «небес» можно представить одним лишь памятником, стоит предположить о существовании других. Надо учесть глубокие традиции орнаментальной росписи по дереву на Русском Севере.
Третья и наиболее распространенная группа «небес» — со сложными многофигурными живописными сценами. Система ее живописной декорации разнообразна. Каждая грань, отделенная балками каркаса, имеет самостоятельную композицию, которая подчиняется общему художественному замыслу оформления потолка. Для третьей группы «небес» так же, как и для двух предыдущих, характерна роспись на каркасах.

Во второй половине XVIII—XIX вв. каркасы «небес» окрашивают однотонной масляной краской, преимущественно синего или голубого цвета, иногда на балках рисуют звезды (часовня Трех Святителей XIX в. в д. Немята, Георгиевская церковь XVII в. д. Порженская на Кенозере).
... Иконографическая структура радиально расходящихся наклонных граней более обширна и сложна. Она строится в зависимости от количества живописных радиальных сегментов на «небе». Изображения центрального медальона, угловых досок и радиальных граней в комплексе составляют индивидуальную живописную программу каждого «неба». Почти каждый иконографический тип имеет четкие хронологические рамки и свой район распространения на Русском Севере.
Автор данной работы выделяет шесть иконографических типов «небес»:
1) композиция с изображением праотцев,
2) композиция «Божественная литургия» и ее разновидности,
3) композиция с изображением архангелов и ее разновидности,
4) композиция с изображением апостолов,
5) смешанные иконографические типы,
6) уникальные и редкие «небеса».

(Далее разбираются, в основном, композиции, встречающиеся в церквях и часовнях Кенозерья и прилегающих деревень)

Композиции с изображением архангелов

Состав ангельских чинов в декорации «небес» разнообразен. В середине — второй половине XVIII в. в районе Каргополья и бассейна реки Онеги складывается ... «небесная» композиция, в которой преобладают изображения архангелов. Такие потолки состоят, в основном, из 8—12 граней. Фигурам семи архангелов — Михаилу, Гавриилу, Рафаилу, Уриилу, Селафиилу, Варахиилу и Иегудиилу — в этой композиции отводится ведущее место, они размещаются на радиальных гранях. Иногда фигуры сопровождаются пояснительными текстами: «Михаил — победитель есть супостатов», «Гавриил — провозвестник божеских тайн», «Рафаил — есть недугов исцелитель», «Уриил — просветитель есть во темницех» и др. Архангелы изображаются с какими-нибудь характерными атрибутами, признаками их иерархического положения: Михаил — с мечом и пальмовой ветвью; Гавриил — с фонарем и книгой или цветочной ветвью лилии; Рафаил — с алавастром мира или со своим спутником Товией; Иегудиил — с царским венцом; Уриил — с огненным мечом, Селафиил — с кадилом или четками; Варахиил — с виноградными гроздьями или цветами.

Вместе с архангелами на «небе» писалась композиция «Распятие» — обязательно на той грани, которая направлена к иконостасу и строго к востоку. ... В церкви Происхождения Честных Древ Христовых 1700 г. д. Филипповской Архангельской области к живописной композиции «Распятие» на «небе» прикреплен деревянный объемный крест, что говорит о прямой смысловой связи «неба» и иконостаса.
Данная схема воспроизводит «небо» кон. XVIII — нач. XIX вв. во Владимирской церкви с. Подпорожье.

Такую же восьмигранную композицию можно видеть еще в ряде памятников: Вознесенская церковь с. Пияла, на Онеге; Покровская часовня д. Чоково, на Онеге («небо» сохранилось частично, демонтировано, хранится в АМДЗ);
Преображенская церковь с. Турчасово, на Онеге (сохранилось на месте во фрагментарном состоянии, холсты разорваны); Пахомиевская часовня д. Карпове в Каргополье (Кенозеро); Георгиевская церковь д. Порженская в Каргополье (Кенозеро).

Фигуры архангелов выстраиваются на небесной сцене не совсем произвольно. Первые грани, ближе к востоку, отводились архангелам Михаилу и Гавриилу, затем Рафаилу и Уриилу.

Выразительны по живописи восьмигранные «небеса» с архангелами конца XVIII — начала XIX вв. в алтаре Георгиевской церкви д. Порженская и в Пахомиевской часовне второй половины XIX века д. Карпове.

Небеса" в Карпове привлекают народной трактовкой образов. Роспись выполнена в технике масляной живописи. Художнику, по-видимому, были трудны сложные ракурсы фигур архангелов, и он разместил их на гранях фронтально, отчего создается впечатление неподвижности, статичности всей композиции «неба». Огрубленная трактовка ликов, одежд, схематизм и графичность рисунка говорят о провинциальной, малопрофессиональной живописи. Цветовая палитра имеет лубочный характер, преобладают яркие цвета, не всегда сочетающиеся друг с другом.

Параллельно восьмигранным «небесам» с архангелами возникла другая разновидность этого иконографического типа — двенадцатигранные «небеса». Она отличалась от предыдущей группы тем, что в состав радиальных граней включались дополнительно фигуры четырех евангелистов. При этом их символы на угловых треугольных гранях соответственно исключались, заменялись фигурами херувимов, трубящих ангелов.

Регион преимущественного распространения 12-гранных «небес» с архангелами — Каргополье, бассейн реки Онеги. Сохранились живописные комплексы в следующих памятниках:

«небо» в церкви Иоанна Златоуста с. Саунино в Каргополье,
в церкви Рождества Христова д. Большая Шалга в Каргополье,
в Покровской церкви с. Лядины в Каргополье,
в часовне Иоанна Богослова д. Зихново (Кенозеро), «небо» Никольской церкви с. Волосово (разобрано и хранится в г. Каргополе в церкви Иоанна Предтечи в складированном состоянии).

В центральном круге данной группы «небес» встречаются три композиции: «Вседержитель» (Зихново), «Троица Новозаветная» (Саунино), «Отечество» (Лядины). На углах чаще всего — трубящие ангелы.

К группе двенадцатигранных «небес» с архангелами относится «небо» небольшой часовни Иоанна Богослова XVIII в. д. Зихнова (на Кенозере). Пролет потолка в часовне всего лишь около 3,5 метров, а высота центрального кольца от пола около 2,5 метров. В связи с этим грани «неба» можно близко и пристально рассматривать, как и иконы в иконостасе часовни. Живописец, расписывавший потолок, несомненно, учел эту особенность.

«Небо» написано в иконописной технике и в иконописных пропорциях. Сейчас достаточно трудно судить о его датировке: фон и частично облака находятся под слоем поздних записей и поновлений. К счастью, одежд и ликов святых поновления почти не коснулись. Авторская живопись тяготеет ко второй половине XVIII в.

Так как над росписью «неба» Зихновской часовни, несомненно, работал профессионал — иконописец, интересно было бы ее сравнить с живописью самого иконостаса. Однако до наших дней дошел сборный иконостас, явно более позднего происхождения. Пропорции фигур святых «неба» в Зихнове слегка удлиненные. Их позы статичны, малоподвижны, но оживлены разнообразными складками и драпировками одежд, с тонкими графичными разделками. Эти «небеса» скорее тяготеют к станковой, чем к монументальной живописи.

В XIX в. на «небесах» с архангелами получает развитие композиция «Распятие», ранее помещавшаяся только на одной восточной грани, а теперь — на нескольких. Если на восточной грани сцена «Распятие» писалась без предстоящих, то на примыкающих гранях «неба» изображались фигуры Богоматери, Марии Магдалины, Иоанна Богослова, Логина Сотника (по одной фигуре на каждой грани). Это можно увидеть на потолках церкви Рождества Богородицы д. Бережная Дуброва, церкви Иоанна Богослова в Ошевенском, часовни Рождества Богородицы д. Тамбичлахта, Никольской часовни д. Вершинино. На этих «небесах» композиция «Распятие» занимает пять восточных граней. Общее число граней такого расписного потолка может достигать 14 (Тамбичлахта), 16 (Бережная Дуброва), 18 (Ошевенское).

Даже при достаточно беглом знакомстве с живописью потолка часовни в Вершинино.... видно, что он расписан в той же своеобразной народной манере, что и «небо» часовни дер. Карпово. Манера живописца очень характерная, выразительная, запоминающаяся. Он работал в технике масляной живописи. О характерных особенностях его письма уже говорилось на примере 8-гранного «неба» с архангелами в часовне д. Карпово.

Самой совершенной и интересной росписью этого живописца было «небо» Никольской часовни п. Усть-Поча. На 12 гранях этого «неба», помимо архангелов и евангелистов, изображен житийный цикл Николы Чудотворца. Упомянутые четыре живописных памятника — в Карпово, Вершинино, Бережная Дуброва и Усть-Поче находятся близко друг к другу, в районе Кенозера. В связи с этим назовем живописца, создавшего эти «небеса», «кенозерским мастером». Чтобы уточнить хронологические рамки творчества «кенозерского мастера», обратимся к архивным источникам. В Государственном архиве Республики Карелия сохранилась опись церкви в Бережной Дуброве, относящаяся к 1871 г. В ней сообщается, что церковь была заново «перекрыта в 1864—65 гг., в том же году внутри церкви устроены новые тесовые кругообразные «небеса», еще ничем не покрашенные, а в середине «небес» живописной в круг изображение Господа Саваофа». Из этого можно сделать вывод, что роспись «неба» церкви Рождества Богородицы д. Бережная Дуброва выполнена во второй половине XIX в., но не ранее 1871 г. Следовательно, творчество «кенозерского мастера» можно ограничить второй половиной XIX в.

Следующий этап развития иконографического типа «небес» с архангелами предусматривал включение в сложившуюся композиционную схему дополнительных фигур избранных святых:

в церкви с. Архангелы на отдельных гранях изображены ангелы с орудиями страстей (крест, копье, трость) и «Моление о чаше»;
в часовне Рождества Богородицы д. Тамбичлахта — святые Андрей Критский и Федор Стратилат;
в центральном четверике церкви Иоанна Богослова в Ошевенском в композицию «неба» дважды введены фигуры архангелов Михаила и Селафиила.

В последнем случае художник, видимо, не смог или не пожелал расширить сложившуюся иконографическую схему дополнительными новыми фигурами и ограничился их повтором . «Небеса» д. Тамбичлахта, с. Архангелы написаны в технике масляной живописи, они созданы в XIX в.

... «Небо» в часовне д. Тамбичлахта не очень живописное.... Это... пример поздней грубоватой масляной живописи конца XIX в.

«Небеса» с изображением архангелов и их разновидности— это дальнейшая разработка (после «Божественной литургии» и «Небесного воинства») показа литургического обряда в росписях деревянных культовых памятников. К совершению литургического действа, наряду с Христом, ангелами, привлекаются апостолы и другие святые. Хронологические рамки существования иконографического типа «небес» с архангелами — середина XVIII — конец XIX вв. За этот период он претерпел значительную эволюцию.
«Небеса» с архангелами по разнообразию конструкций можно поделить на три группы: — 8-гранные «небеса», — 12-гранные «небеса», — 14—18-гранные «небеса». Каждая из этих групп имеет свой круг памятников Регион их распространения ограничен Поонежьем (нижняя Онега), Каргопольем и примыкающим к нему Кенозером. Ведущими мастерами этого иконографического типа «небес» являются, несомненно, онежские живописцы Богдановы-Карбатовские, творчество которых приходится на вторую половину XVIII — начало XIX вв.

В районе Кенозера во второй половине XIX в. работал живописец, который также специализировался на росписи «небес» этого типа. Имя его неизвестно, поэтому условно в работе он назван «кенозерским мастером». Автор данной работы предполагает, что создателем уникальной росписи «неба» в с. Лядины был каргопольский иконописец, который создал, без сомнения, лучший пример монументальной росписи этого иконографического типа.

«Небеса» с изображением апостолов

Группа «небес» с изображением апостолов на радиальных гранях немногочисленна. Она также сложилась под влиянием стенописи каменных храмов.
Композиции с фигурами апостолов на «небесах» сохранились в следующих памятниках:

в церкви Ильи Пророка конца 1690—1696 гг. г. Белозерск Вологодской области;
в четверике Георгиевской церкви XVII в. д. Порженская на Кенозере;
в часовне Трех Святителей XIX в. д. Немята на Кенозере
;
в часовне из деревни Федоровской (Кенозеро);
в часовне Введения Богородицы во храм XIX в. д. Рыжкове на Кенозере.

Район распространения «небес с апостолами» невелик: в основном, в Каргополье, вблизи Кенозера. Исключение составляет Ильинская церковь в г. Белозерске.
У данного типа «небес» так же, как у предыдущего, на восточной грани изображается традиционное «Распятие» (за исключением часовни из деревни Федоровской [сейчас в музее "Малые Корелы"-М.З.]).
На угловых радиальных гранях преимущественно пишутся апостолы-евангелисты.
В центральном круге обязательно — «Вседержитель».

«Небеса» с фигурами апостолов известны на 8, 14, 16 гранях. Второе по хронологии «небо» с апостолами — в часовне из д. Федоровская. Его живопись тяготеет к концу XVIII — началу XIX вв.

Пятницкая часовня XVIII в. из деревни Федоровской перевезена в Архангельский музей деревянного зодчества Малые Корелы.
На восточной грани «неба» изображены апостолы Петр и Павел. Следом за ними, как бы направляясь к востоку, выстраиваются другие апостолы. Они размещаются на гранях по одному или попарно. Движение апостолов направлено от входа к алтарю.
На угловых треугольных гранях — фигурки серафимов.

Отличительной особенностью «неба» из деревни Федоровской является отсутствие традиционного для «небесных» росписей круга серафимов. Фигуры апостолов непропорционально малы по сравнению с плоскостью граней.
Цветовая гамма «неба» неяркая. Глубокий синий фон со звездами является одним из главных цветовых акцентов интерьера. Он настолько активен, что на нем фигуры даже несколько теряются. Раскраски одежд апостолов индивидуальны, не повторяются: зеленые, красные, охристых цветов. На синем фоне «неба» хорошо читаются декоративные облака, обильно прописанные белилами.


В интерьере часовни, наряду с расписным «небом», экспонируется подлинный иконостас (после реставрации). Сравнение «неба» и иконостаса говорит о том, что они были созданы одним живописцем. Над росписью «неба» работал мастер-иконописец, который повторил в увеличенном масштабе фигуры деисуса. Изображение апостолов на «небе» соответствует иконографическим типам ряда иконостаса. Фигуры деисуса в иконостасе и фигуры апостолов на «небе» в деталях повторяют друг друга (можно, к примеру, сравнить фигуры Петра и Павла). Одежды святых — хитоны и гиматии, в руках они держат книги или свернутые белые свитки, у Петра в руках — ключ. Отличие фигур «неба» и иконостаса состоит в том, что первые помещены на декоративных облачках, вторые на однотонном поземе. В Федоровской часовне редчайший образец сочетания «неба» и иконостаса в одном памятнике, созданный одним живописцем.

В четверике Георгиевской церкви д. Порженская во фрагментарном состоянии до наших дней дошло «небо» с изображением апостолов. Часть радиальных граней обрушена и лежит на полу в церкви (данные 1988 года.). Но и по ним можно воссоздать полную композицию потолка. На восточной грани — обязательное «Распятие».
На остальных семи гранях попарно изображены апостолы и евангелисты. На угловых треугольных досках — трубящие ангелы. В центральном круге — Вседержитель. Грубоватая живопись второй половины XIX в., покрывающая потолок четверика церкви в д. Порженская, не является примером высокого живописного мастерства. Но любопытен тот факт, что в этом храме встречаются «небеса» двух иконографических типов: в алтаре — более древнее «небо» с изображением архангелов XVIII —нач. XIX вв., а в четверике —«небо» с апостолами втор. пол. XIX в. Не исключено, что существующему «небу» в четверике мог предшествовать другой живописный комплекс.

Более профессионально выполнена живопись 14-гранного «неба» часовни Введения Богородицы во храм д. Рыжкове.

«Небо» написано масляными красками в конце XIX в. Восточная радиальная грань с «Распятием» по размерам больше всех остальных. Так как центральный круг не занят живописным изображением, то поясная фигура Саваофа дополняет в верхней части композицию «Распятие».

На двух гранях, соседствующих с «Распятием», помещены композиции «Рождество Иоанна Крестителя» и «Введение Богородицы во храм». Они являются ведущими «храмовыми» сюжетами данной часовни, которая посвящена Введению Богородицы во храм. Эти два сюжета из праздничного цикла включены в состав росписи «неба» как местночтимые.

На остальных одиннадцати гранях «неба» изображены апостолы, причем апостолам-евангелистам отведены традиционные угловые радиальные грани. Фоном для фигур избран реальный пейзаж с холмами, растительностью, с камнями на переднем плане. Художник отказывается от присущего «небесам» условного голубого фона. Зато сверху, от херувимов, с облаков, на апостолов исходит сияние. Фигуры святых тяжеловесные, мощные, они доминируют на гранях. Их одежды — с классическими широками ниспадающими тяжелыми складками. Позы апостолов нельзя назвать разнообразными. Варфоломей представлен фронтально, остальные — в небольших разворотах влево и вправо. В руках они держат свитки или книги. Вариации поз, в основном, созданы за счет разнообразия движения рук (сложенных в молении или благословляющих).
Живопись «неба» часовни в Рыжкове плотная, пастозная, несколько более утонченная на ликах, написанных по всем правилам светотеневой моделировки. Это яркий пример поздней академической живописи.

Последнее известное «небо» с изображением апостолов— в часовне Трех Святителей XIX в. д. Немята.

Конструкция его — шестнадцатигранная. Помимо 11 фигур апостолов и композиции «Распятие», на этом «небе» развернута сложная живописная программа, включающая праздники Богородичного и Христового циклов, страстные сюжеты, фигуры Святителей и др. Такая сложность иконографической структуры «неба» позволяет отнести его к типу «Уникальных небес». В часовне д. Немята апостолы также являются основными персонажами росписи «неба», но в целом композиция построена намного сложнее. Рассмотрим его структуру.


Живописная программа «неба» компонуется на 16 радиальных гранях вокруг центрального кольца с изображением Вседержителя, в углах — херувимы. Каждая радиальная грань разделена на три неравные части по вертикали. Это деление определено размером сюжетов. Ближе к центру — традиционный сонм херувимов.
За ним идет центральный и самый широкий живописный пояс с изображением святителей, апостолов и других отдельно стоящих фигур святых. И последний, нижний ряд, включает праздники Богородичного и Христового циклов, страсти. Композиция очень дробная, насыщенная. В состав росписи включены фигуры Трех Святителей как патронов местного храма.

На восточной стене часовни сохранился каркас от двухъярусного иконостаса (икон нет). «Небо» является смысловым и декоративным продолжением иконостаса в интерьере часовни. Так как у часовни крохотные размеры, взор входящего обращался в первую очередь к «небу», к яркой красочной доминанте интерьера. Золотистый фон композиции делал роспись нарядной, торжественной.

Это «небо» расписал тот же живописец, который работал над потолком часовни Введения Богородицы во храм д. Рыжкове. Об этом свидетельствуют единые технологические основы живописи, близость манеры исполнения, сходство иконографии. Деревни Рыжкова и Немята находятся в нескольких километрах друг от друга. Поэтому не исключено, что живописные комплексы их потолков были созданы почти одновременно. (О «небе» с апостолами, созданном во второй половине XIX в., из часовни в д. Рыжкове говорилось ранее).
Масляная живопись хорошего художественного уровня, в духе позднего классицизма. Фигуры персонажей слегка вытянуты, написаны в спокойных классических позах, без резких ракурсов. Их плавным движениям вторят и драпировки одежд. Художник умело оперирует светотеневыми контрастами, искусно моделирует объем, форму, используя сильно разбеленные лессировочные мазки. Яркие и особенно светлые цветовые тона были крайне необходимы в условиях создания росписи для полутемного помещения небольшой часовенки.

«Небеса» с апостолами — хронологически более поздний иконографический тип, чем «небеса» с архангелами. Он появился не ранее середины XVIII в. и распространился только в XIX в. Эти «небеса» по составу и иконографии во многом повторяют апостольский (деисусный) ряд иконостаса, но при этом последний в интерьере храма не исключался.

«Небеса» смешанного типа

.... На них фигуры архангелов и апостолов соседствуют в одном комплексе, со всеми сопутствующими им сюжетами и персонажами. Поскольку «смешанный тип небес» является производным, то хронологически его могут представлять только памятники XIX в. И действительно «небеса смешанного типа» — это произведения поздней масляной живописи середины — второй половины XIX в. Как правило, они написаны прямо по деревянной основе, без левкаса или на очень тонком левкасе.
Примерами этого типа являются следующие памятники:

«небо» в четверике и в алтаре церкви Происхождения Честных Древ Христовых, 1700 г., на Почозере;
в часовне Александра Невского XVIII в. с. Конево Плесецкого р-на;
в Преображенской часовне XIX в. д. Глазово на Кенозере
.

Рассмотрим схему «неба» часовни с. Конево. В иконографическую программу этого «неба», помимо архангелов, евангелистов, включены апостолы Петр и Павел, а также ряд необычных сюжетов, не встречающихся в других памятниках. Речь идет о композиции «Покров Богородицы» и изображениях святых Александра Невского, мученицы Евдокии. Появление их, несомненно, связано с местными, наиболее почитаемыми культами.

Часовня посвящена Александру Невскому, он был патроном этого небольшого храма. Что же касается Покрова Богородицы, то этот праздник особо чтился в данной местности, так как в с. Конево была ранее Покровская церковь (не сохранилась).
Включение новых необычных сюжетов и персонажей в роспись «неба» с. Конево, видимо, обусловлено пожеланием заказчика, местного клира.

Каждая грань разделена по высоте пояснительными текстами на две равные части: вверху — серафим, внизу — композиция или фигура святого. Поскольку фигуры святых вписаны в малое по высоте пространство, то они выглядят очень непропорциональными, несоразмерными композиционному полю. У них большие головы и короткая нижняя часть фигуры. Святые представлены в статичных застылых позах. Одежды на них массивные, с угловатыми контурами, резкими складками. Лики святых плоские, практически без лессировочных прописей, моделирующих форму, объем. Для этой росписи характерно лубочное цветосочетание, пестрота подбора тонов. Даже фон композиции неоднороден по цвету: в нижней части граней голубой, а в верхней части серафимы написаны красными и синими переплетающимися мазками на розовом фоне.
Непрофессионализм автора монументальной росписи «неба» часовни в с. Конево не является ее недостатком. Это самобытный образец народного примитива в росписях деревянных храмов Севера.

Рассмотрим еще один пример «смешанного типа» — «небо» в церкви Происхождения Честных Древ Христовых д. Филипповская на Почозере .

Это «небо» 15-гранное У него необычная восточная грань, на которой изображено «Распятие» с двумя предстоящими. К ней прикреплен деревянный крест с живописным Распятием. Объемный рельефный крест является неожиданным дополнением к живописи «неба».

В структуру росписей включены архангелы Михаил и Гавриил, апостолы Петр, Павел, Андрей Первозванный, четыре евангелиста. И в дополнение к традиционным персонажам небесной росписи представлены избранные святые: мученицы Дарья, Екатерина, Иоанн Лествичник. Последние три фигуры помещены в структуре росписи рядом, дальше всего от восточной стены.
Живопись «неба» выполнена масляными красками. Сохранность ее плохая, местами живопись настолько утрачена, что просматривается деревянная основа без левкаса. Фон композиции двухцветный и делит грани на две части. Ближе к центру фон светло-желтый, яркий. Он символизирует исходящее из центра солнечное сияние, которое ограничивают двухкрылые херувимы. Последние написаны на облаках и создают своеобразное кольцо, контур сияния. Ниже этого контура расположены фигуры святых на голубом фоне с облаками. В палитре красок этого «неба» преобладают коричневато-охристые тона. Такие цвета, как красный, синий, зеленый, слегка приглушены. Ярко выделяется золото на нимбах (возможно, последние перезолачивались).
Этот живописный комплекс можно датировать не ранее середины XIX в. Это подтверждается и живописью известных нам комплексов этого типа. Надо отметить, что известные примеры «небес» не дают образцов высокохудожественной росписи, исключая несохранившегося «неба» в Кижах. Это преимущественно поздняя масляная академическая живопись второй половины XIX в. Можно лишь выделить «небо» часовни в Конево, которое несет в себе дух народного деревенского примитива и является определенным вкладом в развитие местной школы живописи XIX века.
(фотографии "неба " Преображенской часовни в Глазово см. "НЕБО")

Уникальные «небеса»

В северных деревнях, в часовнях и церквах, удаленных от крупных художественных центров, создавались «небеса», которые по своей программе не поддаются систематизации.
В создании художественного образа деревенского храма на Севере велика роль заказчика. Им чаще всего был местный крестьянин, сам же и исполнитель. Часовни и церкви строили, спасаясь «от морового поветрия», «от чревной немощи», от «падежа скота», в память о родителях и пр.
Необычайно распространены на Севере культы целителей — Власия, Николы, Флора, Лавра. Почитание святого или праздника, в честь которого назван местный храм, было очень велико. Церковный праздник патрона местного храма считался деревенским праздником.

Уже обращалось внимание на то, что в нескольких деревенских часовнях, церквах присутствует храмовый образ не только в иконостасе, но и в монументальных росписях потолков. Святой Александр Невский включен в живописную композицию «неба» часовни Александра Невского XVIII в. с. Конево; композиция «Введение Богородицы во храм» помещена в росписи «неба» Введенской часовни д. Рыжкове и т. п.

В этом отношении уникальным и неповторимым является «небо» Никольской часовни XVIII в. п. Усть-Поча. На каждой из его двенадцати граней помещены клейма жития Николы, и сам Никола включен в состав живописной структуры радиальных граней.

В результате на каждой грани совмещается по два-три сюжета одновременно: изображение святого и клейма житийного цикла Николы. Двухрядные, а то и трехрядные иконы с разными сюжетами, совмещенными на одной доске, характерны для северных иконостасов. Неудивительно появление сложных разносюжетных композиций и на гранях «небес».

«Небо» Никольской часовни п. Усть-Поча, несомненно, принадлежит кисти уже названного выше «кенозерского мастера», который работал во второй половине XIX в. и создавал «небеса» с архангелами. Живописный комплекс в Усть-Поче не является для «кенозерского мастера» исключением. Художник остался верен своему излюбленному иконографическому типу.
Основное поле двенадцати радиальных граней «неба» занято фигурами архангелов, евангелистов. Только на востоке нет традиционного для этого иконографического типа «Распятия», вместо него — «Николай Чудотворец», патрон данного сельского храма. В нижней части, в основании каждой грани, на уровне ног святых помещены клейма из жития Николы, по одному-два на каждой грани. Нельзя сказать, что клейма органично вплетены в общую композицию «неба». Скорее, они выглядят аппликацией, дополнением к основному сюжету.
Клейма имеют прямоугольную форму, близкую к квадрату, помещены либо на фоне позема, либо на фоне облаков, каждое из них очерчено темным контуром-рамкой. Клейма составляют житийный цикл Николая Чудотворца. Наибольшее внимание уделено сценам чудес с исцелением. Каждый сюжет сопровождается пояснительным текстом: Клейма на житийных иконах обычно читаются в определенном порядке: сверху вниз, каждый ряд слева направо. Определенного порядка прочтения клейм на «небе» из Усть-Почи нет, они размещаются произвольно.

В Никольской часовне «небо» устроено очень низко относительно уровня пола, так что нижняя его отметка не выше, чем 2,5 метра. Благодаря этому, клейма жития читаются, как на иконах, их можно рассматривать в деталях, читать сопроводительные надписи. Клейма написаны как самостоятельные иконописные произведения, на фоне индивидуальных архитектурных и растительных пейзажей.

В часовне был небольшой двухъярусный иконостас. От него сохранился каркас, а также несколько икон в аварийном состоянии. Существующие иконы более древние по живописи, чем «небо», и тяготеют к XVIII в, к времени постройки часовни. Живописный потолок, выполненный «кенозерским мастером» во второй половине XIX в., не имеет себе аналогов по иконографической программе, благодаря включению житийного цикла Николая Чудотворца. Появление этой уникальной росписи, несомненно, связано с пожеланием заказчика, в лице местного клира, прославить образ Николы, патрона местного храма.

Рассмотренные комплексы происходят из современных районов Каргополья и Кенозера (Каргопольский и Плесецкий районы Архангельской области). В XVIII— XIX вв. это была единая территория, первоначально входящая в состав Олонецкой, затем Архангельской епархии. Каргополье — один из самых развитых северных регионов на всем протяжении его исторического освоения русскими.
Через Каргополь шли древние торговые пути XII—XVII вв. по р. Онеге. Это был район широких географических связей и обширной торговли.
В Каргополь и через него из центральных русских городов везли в северные провинции книги, иконы, гравюры.
Каргопольские художники имели возможность широкого общения с прекрасными произведениями искусства. Неудивительно, что уже в XVI—XVII вв. в Каргополе было развито иконописание. А на протяжении XVIII в. в Каргополе работал довольно многочисленный отряд иконников, произведения которых висели в храмах Каргополья и окрестных церквах — Иван Семенов и его три сына: Иван, Макар, Семен,— Матвей Попов, Иван Северьянов, Иван Лебедев и другие. Широкое знакомство каргопольских живописцев в XVIII—XIX вв. с литературными и графическими материалами говорит об их высокой художественной культуре.
Этим объясняется то, что именно в этом районе Русского Севера художники-монументалисты разработали самобытные по иконографии и живописи комплексы «небес», а также создали оригинальные вариации устойчивых иконографических типов.

Фотографии:
черно-белые - из книги Т.М.Кольцовой,
цветные - авторов сайта Т.Заводсковой, Ю.Огурцова, М.Зака и др., а также из Путеводителя по КНП.

См. также на эту же тему:
1. страницу "Небо".
2. кратко на ту же тему Т.М.Кольцова. Расписные "небеса" в культовых храмах Кенозера.
3. мультимедийный проект музея "Кижи" - "Небеса Заонежья"